Содержание
- Коротко
- Что такое родовые программы простыми словами
- Родовые программы по женской линии: почему дочь повторяет мать
- Родовая программа по мужской линии: что Полина увидела в отце и деде
- Негативная родовая программа или знакомая дорога?
- Как проработать родовые программы: что Полина делала месяц за месяцем
- Как узнать свою родовую программу, если о семье известно мало
- Можно ли изменить родовую программу
- Электричка в обратную сторону
- Вопросы и ответы
Электричка шла к дачному посёлку медленно, с долгими остановками на пустых платформах. Полина держала на коленях бабушкин фотоальбом в бархатной обложке, который мама попросила отвезти обратно на дачу, и от нечего делать листала его. На одной странице стояли рядом три свадебные фотографии: прабабушка в тёмном платье, бабушка с короткой стрижкой, мама в фате до локтей. Три женщины, три мужа. И Полина вдруг поняла, что знает о каждом браке одну и ту же вещь: все три мужа ушли, когда старшему ребёнку исполнилось семь. Родовые программы — эти слова она слышала раньше и считала их чем-то из гороскопов, но сейчас они сами всплыли в голове.
Ей было тридцать восемь. Она работала реставратором книг в городской библиотеке, умела часами возиться с ветхим корешком и терпеть не могла, когда ей говорили, что у неё «тяжёлый характер». Её дочери Соне недавно исполнилось шесть, и муж всё чаще задерживался на работе. Полина закрыла альбом, достала телефон и набрала в поиске: «родовые программы — что это такое и можно ли их изменить». Пальцы почему-то стали холодными.
Полина — героиня собирательная. В ней узнают себя многие, кто однажды замечает в своей жизни узор, слишком похожий на жизнь матери и бабушки.
Наталья АвдонькинаОтношения, семья и параСмотреть →
Павел АвдонькинМоя ценностьСмотреть →
Наталья АвдонькинаНа своём местеСмотреть →
Бесплатно · сразу на сайтеВаша натальная картаБесплатноСмотреть →
Лично · Наталья АвдонькинаКонсультация с НатальейЛичноСмотреть →Все программы →Поиск выдал ей то, что выдаёт всем: обещания «снять за один сеанс», молитвы, чистки, матрицы по дате рождения. От всего этого веяло одновременно страхом и рекламой. Полина хотела другого. Она хотела понять, почему её жизнь вдруг начала двигаться по чужой колее, и есть ли из этой колеи съезд.
Коротко
Родовые программы — это повторяющиеся сценарии, которые переходят в семье от поколения к поколению: как в роду строят брак, относятся к деньгам, переживают потери, что можно и чего нельзя. Это не мистика и не приговор, а привычные способы жить, которые ребёнок впитывает раньше, чем умеет о них думать. Их можно увидеть: по повторам в судьбах, по семейным правилам и по тому, о чём в семье молчат. А увидев, можно выбрать, что из этого вы берёте как силу, а что оставляете тем, кому оно принадлежит.
Что такое родовые программы простыми словами
Дома Полина первым делом разложила на столе всё, что знала о своей семье. Получилось немного: несколько фотографий, обрывки маминых рассказов, бабушкина фраза «мужики не держатся, надо самой». Эту фразу Полина слышала столько раз, что перестала её замечать, как не замечают узор на старых обоях.
Именно так обычно и выглядят родовые программы. Слово «программа» звучит механически, будто кто-то записал в человека код. На деле всё проще и тоньше. Ребёнок растёт внутри семьи, как росток в горшке: он принимает форму сосуда раньше, чем узнаёт, что бывают другие сосуды. Как мама встречает папу с работы, кто в доме решает про деньги, как плачут и плачут ли вообще, что делают, когда кто-то уходит. Всё это ребёнок не учит наизусть. Он этим дышит.
В системно-стратегической терапии, с которой работает Наталья Авдонькина, семью рассматривают как систему, в которой у каждого есть место и у каждого события есть последствия. Если в роду однажды случилось что-то тяжёлое и не пережитое до конца, система словно запоминает способ выжить. Прабабушку оставил муж — и она выжила, потому что стала сильной и ни на кого не опиралась. Бабушка унаследовала не событие, а вывод из него: «опираться на мужчину опасно». Мама унаследовала уже не вывод, а привычку: выбирать тех, кто не останется, и заранее готовиться жить одной.
Полина смотрела на три фотографии и впервые видела в них не проклятие и не совпадение, а передачу. Как передают по наследству рецепт пирога или манеру смеяться, так передали и этот способ любить — с чемоданом у двери.
Если вам знакома эта картина, полезно прочитать о том, Почему мы повторяем сценарии родителей и как это остановить: там видно, как повтор складывается из мелочей, которые не замечаешь изнутри.
Родовые программы по женской линии: почему дочь повторяет мать
Через неделю Полина позвонила маме. Начала издалека, с дачи и с яблок, а потом спросила: «Мам, а почему от тебя ушёл папа?» В трубке долго молчали. Потом мама сказала: «Да он и не собирался оставаться. Я это сразу знала». И добавила, будто между прочим: «Я и выходила за него, чтобы ты была».
Эта фраза многое объяснила. Родовые программы по женской линии часто передаются не через то, что мама говорит дочери, а через то, как она живёт рядом с ней. Если женщина в роду привыкла, что мужчина — временный, она невольно выбирает временных. Не потому, что глупа или несчастлива по характеру, а потому, что другого брака не видела и не знает, как он выглядит изнутри. Дочь смотрит на это и учится. Внешне она может поклясться «у меня будет иначе», но внутренняя карта у неё та же.
Есть и вторая сторона, о которой говорят реже. Повторяя судьбу матери, дочь часто остаётся с ней в каком-то тайном союзе. Будто говорит: «Мама, я не стану счастливее тебя, я с тобой». Это детская, очень преданная любовь. Она не выбирает слов и не думает о последствиях. Об этом подробно рассказано в статье Почему вы повторяете судьбу матери, хотя клялись жить иначе.
Полина положила трубку и долго сидела в прихожей, не снимая пальто. Ей стало страшно: значит, всё решено? Значит, Соня тоже?
Нет. Женская линия передаёт не судьбу, а набор привычных решений. А решения можно увидеть, рассмотреть и принять другие. Только сначала нужно перестать притворяться, что их нет.
Родовая программа по мужской линии: что Полина увидела в отце и деде
Полина почти ничего не знала о семье отца. Он ушёл, когда ей было семь, потом появлялся по праздникам с огромными плюшевыми зайцами и исчезал снова. Мама говорила о нём коротко и без злости: «Он такой».
Она нашла отца в социальной сети, написала ему впервые за много лет. Он ответил неожиданно быстро и неожиданно длинно. Рассказал, что его самого растил дед: отец ушёл на заработки на Север и не вернулся. Что дед был молчаливым и строгим и любил повторять, что мужчина должен приносить деньги, а всё остальное — бабьи дела. «Я не умел быть дома, Поль, — написал отец. — Мне там было нечего делать».
Родовая программа по мужской линии нередко устроена зеркально женской. Там, где женщины в роду учатся «справляться сами», мужчины учатся «быть снаружи»: зарабатывать, уезжать, решать, но не присутствовать. Им никто не показал, как сидеть вечером с ребёнком и просто быть рядом. Дед не умел, отец не умел, и ни тот ни другой не выбирал этого сознательно.
Полина читала письмо отца и чувствовала, как в ней одновременно поднимаются обида и жалость. Получалось, что в её истории встретились две программы: женщины, которые не ждут, что мужчина останется, и мужчины, которые не умеют оставаться. Они идеально подошли друг к другу, как две половинки старой застёжки.
И тогда она впервые посмотрела на мужа не как на будущего беглеца, а как на человека со своей семьёй, своей мужской линией и своими привычками. Его задержки на работе вдруг выглядели не предательством, а чем-то другим, о чём стоило спросить.
Негативная родовая программа или знакомая дорога?
Полине хотелось найти виноватого. Прабабушку, которая «начала первой». Деда, который «учил не тому». Слово «негативная» само просилось в этот ряд: негативная родовая программа, которую надо найти и удалить, как вирус из компьютера.
Но в системном взгляде всё устроено иначе. Наталья Авдонькина смотрит на род как на большую реку: в ней течёт и сила, и боль, и одно от другого не отделить половником. Прабабушка, которую оставил муж, выжила и вырастила детей — это сила. Бабушка в одиночку построила дом — сила. Мама подняла Полину и дала ей образование — тоже сила. Беда не в том, что эти женщины умели справляться. Беда в том, что умение справляться одной стало единственным способом жить, и для другого способа в семье не осталось места.
Поэтому вопрос звучит не «как избавиться», а «что из этого моё». Что я беру из рода как опору, а что несу за других, хотя оно мне не принадлежит. Прабабушкина стойкость — моя, я её с благодарностью беру. Прабабушкино ожидание, что муж уйдёт, — её, и я могу его ей вернуть.
Полине понравилась эта мысль, но она не понимала, как применить её к себе. Тогда она прошла тест «Какой сценарий рода вы проживаете?» на сайте школы. Девять вопросов заняли несколько минут, но над некоторыми она думала дольше, чем над любым анкетным вопросом за последние годы. Результат не сказал ей ничего мистического. Он просто назвал вслух то, что она и так чувствовала: сила рода у неё — в стойкости и умении держать дом, а несёт она за других ожидание потери, которое досталось ей от женщин, живших до неё.
Как проработать родовые программы: что Полина делала месяц за месяцем
Первое, что сделала Полина, — купила большой лист ватмана. На нём она нарисовала свою семью: квадраты для мужчин, круги для женщин, линии браков и разводов. Рядом с каждым именем писала одну-две фразы, которые помнила об этом человеке. Работа шла медленно. Некоторые имена пришлось выяснять у тёти, о некоторых людях она не знала ничего, кроме того, что они «были». Так обычно выглядит генограмма — схема семьи на несколько поколений, в которой повторы становятся видны глазами.
Когда лист заполнился, повтор стал виден без всяких толкований. Её путь с этим листом складывался из нескольких шагов, и ни один из них не был волшебным.
- Увидеть повтор. Не одно событие, а узор: что происходит в разных поколениях в похожем возрасте, в похожих обстоятельствах.
- Назвать правило, которое из него выросло. У Полины это звучало так: «на мужчину нельзя опираться».
- Найти, кому это правило принадлежит по-настоящему. Чаще всего — тому, с кем впервые случилась беда.
- Признать этого человека и его судьбу. Не переделывать, не спасать, не осуждать — признать: «С тобой это было, и это было тяжело».
- Разделить: стойкость беру, ожидание потери оставляю.
- Проверять новое решение в жизни — маленькими шагами, а не одним рывком.
Труднее всего оказался шестой пункт. Решить что-то на бумаге легко. Совсем другое — вечером, когда муж в очередной раз написал «задерживаюсь», не включить привычную холодность, не начать заранее готовиться к одиночеству, а просто спросить: «Что у тебя происходит?»
В первый раз она не выдержала: ответила сухо, демонстративно легла спать раньше. Наутро ей было стыдно, и она злилась на себя за этот стыд. Во второй раз получилось лучше. Муж, растерявшись от непривычного вопроса, рассказал, что на работе его давно выживают, и он не говорит дома, чтобы «не грузить». Они проговорили до двух ночи. Полина поняла, что он тоже из семьи, где мужчины не приносили домой свои тревоги.
Были и откаты. Однажды Соня разбила кружку, и Полина услышала, как говорит ей бабушкиным голосом: «Надо самой, никто за тебя не уберёт». Она замолчала на полуслове, присела рядом с дочерью и сказала другое: «Давай вместе». Соня посмотрела удивлённо. Видимо, мама раньше так не говорила.
Как узнать свою родовую программу, если о семье известно мало
Самое неприятное открытие Полины касалось белых пятен. О линии прадеда по отцу не знал никто. На вопрос «а что с ним стало» тётя пожимала плечами: «Не говорили у нас об этом». И это молчание оказалось красноречивее любых рассказов.
В системной работе молчание считается важной частью картины. Если о ком-то в семье не говорят, его судьба часто продолжает звучать в потомках, как мелодия из соседней комнаты. О том, как это устроено, есть подробная статья Исключённые из рода: почему то, о чём в семье молчат, повторяется у потомков.
Узнать свою родовую программу можно и тогда, когда фактов мало. Полина училась замечать её по косвенным признакам. По тому, какие фразы в семье повторяются из поколения в поколение. По тому, какие события пугают её сильнее, чем они того заслуживают. По тому, в каком возрасте у неё и у женщин рода случались похожие повороты. По тому, на что у неё «рука не поднимается», хотя внешне ничто не мешает. Тело часто знает раньше головы: у Полины каждый раз сжималось горло, когда она представляла, что можно просить мужа о помощи, а не справляться самой.
Однажды она поняла, что дальше одной не разобраться: семейная картина оказалась слишком запутанной, и в ней было слишком много чувств. Тогда она записалась на консультацию к Наталье Авдонькиной, чтобы посмотреть на свою историю вместе — через натальную карту и через родовые сценарии. Это не было волшебным решением. Это было похоже на то, как реставратор впервые смотрит на книгу под хорошей лампой: те же страницы, но видно, где порвано, а где просто загнулось.
Если тема отзывается, а состояние тяжёлое, важно не оставаться с ним одному: обратитесь к психологу.
Можно ли изменить родовую программу
Полина задавала этот вопрос себе много раз. Ей хотелось услышать уверенное «да» и срок: через три месяца, через полгода. Но честный ответ оказался другим.
Родовую программу нельзя стереть, как запись на диске. История рода уже случилась, и её не переписать. Но можно изменить своё отношение к ней и своё место в ней. Можно перестать проживать чужое ожидание как своё. Можно взять силу и оставить тяжесть. Это не одно решение, а постепенный путь, на котором бывает и легче, и снова трудно.
Важно и то, о чём говорят все, кто работает с семейными системами: менять программу не значит отрекаться от рода. Наоборот. Пока Полина злилась на прабабушку и мать, она была связана с ними крепче, чем когда-либо. Как только она смогла сказать им внутри себя спасибо — за жизнь, за стойкость, за дом, — у неё появилось право жить немного иначе. Не лучше их. Просто по-своему.
Об этом хорошо рассказано в статье Своё место в роду: почему важно его занять: когда человек стоит на своём месте, а не на месте матери или бабушки, у него появляются силы на собственную жизнь.
Электричка в обратную сторону
Весной Полина снова ехала на дачу. Альбом в бархатной обложке опять лежал у неё на коленях, только теперь рядом сидела Соня и спрашивала про каждую фотографию. «А это кто? А почему она такая серьёзная?» Полина рассказывала то, что знала, и не придумывала того, чего не знала.
На странице с тремя свадьбами Соня ткнула пальцем в прабабушку: «Красивая». Полина кивнула. Потом подумала, что когда-нибудь рядом окажется и её собственная свадебная фотография, а может, и Сонина. Муж обещал приехать на дачу к вечеру — после работы, на машине. Раньше Полина в такие обещания не верила.
Она и сейчас не знала наверняка, приедет ли он вовремя. Но впервые ждала его не как человека, который вот-вот уйдёт, а как человека, который едет домой.
Вопросы и ответы
Что такое родовые программы простыми словами?
Это повторяющиеся сценарии, которые переходят в семье от старших к младшим: как строить брак, как обращаться с деньгами, как переживать потери, что разрешено, а что нет. Их не заучивают — их впитывают, наблюдая за жизнью родителей, бабушек и дедушек.
Какие бывают родовые программы по женской и мужской линии?
По женской линии часто передаются сценарии в браке и материнстве: «мужчина не останется», «надо справляться самой», «счастливой быть нельзя». По мужской — сценарии в деле и присутствии: «мужчина должен быть снаружи», «дома ему нечего делать», «чувства — это слабость». Конкретный узор у каждой семьи свой.
Существует ли негативная родовая программа?
В системном взгляде делить программы на хорошие и плохие не очень полезно. В каждой есть сила, которую род выработал, чтобы выжить, и тяжесть, которая мешает жить сегодня. Работа состоит в том, чтобы взять первое и вернуть второе тем, кому оно принадлежит.
Как проработать родовые программы самостоятельно?
Начните с генограммы — схемы семьи на три-четыре поколения. Отметьте повторы, семейные фразы, белые пятна. Назовите правило, которое из повтора выросло, и спросите себя, кому оно принадлежит. Если картина запутанная или вызывает сильные чувства, лучше смотреть на неё вместе с психологом.
Можно ли снять родовую программу за один раз?
Обещания «снять за один сеанс» стоит оставить рекламе. Историю рода изменить нельзя, но можно изменить своё место в ней и своё отношение к ней. Обычно это постепенный путь: понять, выбрать новое решение и проверять его в жизни маленькими шагами.
Наталья АвдонькинаОтношения, семья и параСмотреть →
Павел АвдонькинМоя ценностьСмотреть →
Наталья АвдонькинаНа своём местеСмотреть →
Бесплатно · сразу на сайтеВаша натальная картаБесплатноСмотреть →
Лично · Наталья АвдонькинаКонсультация с НатальейЛичноСмотреть →Все программы →Статья не заменяет консультацию специалиста. Если вам тяжело, обратитесь к психологу.


Наталья Авдонькина

